Беспокоило Куинна и другое обстоятельство. Они с Лили Дейл будут не только вместе появляться на публике, но и жить.

Нахмурившись, он поерзал на стуле. Когда с нее сойдет налет пяти лет заточения, Лили станет настоящей красавицей. Жить с ней под одной крышей будет трудно и опасно, Куинн это чувствовал. Его тянуло к этой новой Мириам, которую не так-то легко заставить делать то, чего ей не хочется, и в потрясающих фиалковых глазах которой горел неукротимый огонь. Новая Мириам вызывала в нем жгучий интерес.

— Лили быстро забудет свои тюремные привычки. Она поймет, что мы не собираемся наказывать ее за кражу еды, бить или плохо с ней обращаться, и перестанет вести себя вызывающе. Ключ к успеху в твоих руках, Куинн. Если ты будешь вести себя с ней как с настоящей Мириам, никто ничего не заподозрит.

Но сможет ли он это сделать? Вести себя с незнакомой, чужой женщиной как со своей женой? Куинн горько усмехнулся. Конечно, сможет. В конце концов, Мириам тоже когда-то была ему чужой.

— И как ты думаешь осуществить превращение Лили Дейл в Мириам? — спросил он.

— Огромное значение имеет одежда. Сеньора Альварес снимет с Лили мерки, которые мы тотчас же передадим по телеграфу портнихам в Санта-Фе и в Денвере. Когда мы приедем в Санта-Фе, там уже приготовят для Лили несколько дорожных костюмов, а в Денвере подгонят туалеты Мириам. Портнихам уже сообщили, что после болезни Мириам очень похудела.

Куинн недовольно поморщился:

— Так ли необходимо, чтобы Лили носила одежду Мириам?

— Да, необходимо.

— Чтобы превратить Лили Дейл в настоящую леди, одежды недостаточно.

— Это верно. — Пол начал подробно рассказывать ему о том, какие шаги собирается предпринять, говорил битых полчаса, а закончил словами: — И последнее. Во время поездки я буду использовать каждую минуту для обучения Лили этикету и манерам. У нас примерно четыре недели на то, чтобы придать ей некоторый лоск.